Конечно.

Шелест в нижнем плену нарастал.

Сначала он был похож на тревожный шёпот, на дрожь множества карт, прижатых друг к другу в темноте. Но с каждым мгновением этот звук становился всё сильнее, увереннее. Он уже не прятался. Он поднимался вверх по стенам Башни Угла, отражался от книг, коробок и края стола, и даже охранники у входа начали тревожно переглядываться.

Пиковая Дама услышала это тоже.

Её улыбка не исчезла, но стала тоньше.

— Поздно, — сказала она. — Слишком поздно. Они напуганы. Они не воины.

— Воинами не рождаются, — ответил Туз Червей. — Иногда достаточно просто перестать бояться.

— Какая красивая глупость, — прошептал Валет Пик.

Он шагнул вперёд.

Тонкий, чёрный, стремительный, он двигался так легко, будто был вырезан не из картона, а из самой тени. Его края казались острее, чем у других карт, а глаза блестели холодной насмешкой.

— Позволь мне, моя дама, — сказал он. — Я быстро уложу их рубашкой вверх.

Пиковая Дама слегка кивнула.

Это был знак к бою.

И всё сорвалось с места.

Первым ударил Туз Треф.

Как и всегда, без колебаний, без хитрости, без красивых движений. Он ринулся прямо в строй охраны у входа в нижний плен и врезался в Десятку Треф с такой силой, что та отлетела назад, сшибла Шестёрку Треф и обе карты рухнули в пыльную тень у стены.

Рубашкой вверх.

Туз Червей тут же пошёл следом. Он ударил Семёрку Червей, но в самый последний миг та дрогнула, будто не желая драться, и удар вышел неровным. Семёрка закружилась и легла на бок, не перевернувшись до конца.

— Уходи! — крикнул ей Туз Червей.

И она действительно отскользнула в сторону, не возвращаясь в строй.

— Ещё один страх сломан, — бросил Туз Бубен.

Сам он уже обходил охрану справа. Его движения были быстры, почти неуловимы. Он скользнул между Восьмёркой Пик и Девяткой Пик, резко ударил сначала одну, потом вторую. Восьмёрка перевернулась сразу, а Девятка устояла, но потеряла равновесие.

Этого хватило Тузу Пик.

Он атаковал молча.

Никаких криков, никакой ярости — только точность. Его удар пришёлся ровно в угол Девятки Пик, и та, будто обрубленная нить, опрокинулась назад.

Рубашкой вверх.

Осталась Десятка Пик — самая крепкая из стражей.

Она не отступила.

— За Пиковую Даму! — выкрикнула она и сама бросилась на Туза Пик.

Они столкнулись посреди прохода.

Удар. Отскок. Снова удар.

По силе Десятка уступала тузу, но дралась отчаянно, словно знала: если дрогнет сейчас, дрогнут и другие. Она билась не за госпожу. Она билась за то последнее, на чём держалась её решимость.

Туз Пик понял это сразу.

И потому не торопился.

Он позволил ей ударить ещё раз, потом ушёл в сторону, подставил край, дождался, пока она потеряет опору, — и коротким, жёстким движением отбросил её к самой стене.

Десятка Пик перевернулась.

Вход в нижний плен был открыт.

Но именно тогда сверху, с уступа Башни Угла, спрыгнул Валет Пик.

Он приземлился легко, почти изящно, прямо между тузами и проходом к пленникам.

— Неплохо, — сказал он. — Для старых листков картона.

Туз Треф шагнул к нему.

— Уйди с дороги.

Валет Пик усмехнулся.

— Слишком скучно.

Он бросился первым — так быстро, что даже Туз Бубен едва успел заметить движение.

Удар пришёлся в Туза Треф.

Не лобовой, как ожидалось, а скользящий, хитрый. Валет не пытался перевернуть его силой. Он выбил ему опору, заставил качнуться, потом резко ударил снова в тот же край.

Туз Треф пошатнулся.

Ещё немного — и он бы лёг рубашкой вверх.

Но Туз Червей успел подставиться сбоку и принял часть удара на себя.

— Осторожнее! — крикнул он.

Валет Пик уже уходил от ответного движения, словно танцуя между ними.

— Вот в чём разница между вами и нами, — насмешливо сказал он. — Вы всё ещё сражаетесь честно.

— А ты всё ещё прячешься за ловкостью, — ответил Туз Бубен.

Он попытался зайти Валету за спину, но тот словно видел всё сразу. Резкий поворот — и уже сам Туз Бубен едва удержался от падения.

Туз Пик выступил вперёд.

Теперь он стоял напротив Валета Пик один.

На мгновение всё вокруг словно замерло.

Даже шорох в нижнем плену стал глуше.

Два чёрных знака. Две карты пик. Два воина одной масти, выбравшие разную верность.

— Я знал, что ты пойдёшь против неё, — тихо сказал Валет Пик. — Ты всегда считал себя выше остальных.

— Нет, — ответил Туз Пик. — Я просто не встаю на колени.

Валет усмехнулся.

И они сошлись.

Это была не драка, а настоящая дуэль.

Валет Пик бил быстро, остро, с неожиданными поворотами. Он атаковал сериями, менял ритм, делал ложные движения. Его удары были как уколы шпагой.

Туз Пик дрался иначе.

Он не спешил.

Он ждал.

Отражал. Отступал на пол-угла. Снова встречал удар. И каждый раз всё точнее понимал противника.

— Ты слишком прямой, — бросил Валет Пик, нанося очередной стремительный удар. — Поэтому и проиграешь.

— А ты слишком любишь играть, — ответил Туз Пик.

В этот миг Валет сделал то, чего от него ждали меньше всего: резко сменил цель и метнулся к Тузу Червей.

Но это и было ошибкой.

Туз Пик угадал его манёвр.

Он перехватил Валета на повороте, врезался в него боком и впервые за весь бой заставил потерять равновесие.

Валет Пик отлетел, закружился и едва-едва не перевернулся.

Едва.

Он замер на самом краю, наклонённый, опасно близкий к падению.

Туз Треф рванулся добить его.

— Нет! — крикнул Туз Бубен.

Слишком поздно.

Валет Пик только этого и ждал.

Он резко выпрямился, позволил Тузу Трефу проскочить чуть дальше, и ударил его под основание. Глухой хлопок разнёсся под башней.

Туз Треф тяжело качнулся.

Туз Червей бросился к нему.

Но не успел.

Ещё миг — и великий, несокрушимый Туз Треф лёг на поле.

Рубашкой вверх.

На секунду весь бой остановился.

Туз Бубен застыл. Туз Червей не поверил своим глазам. Даже из нижнего плена донёсся потрясённый шелест.

Первым пришёл в себя Валет Пик.

— Один вышел из игры, — тихо сказал он. — Кто следующий?

Туз Червей вспыхнул.

Никогда ещё Туз Пик не видел его таким. В нём не осталось прежней мягкости, не осталось улыбки, не осталось спокойного огня. Теперь это был настоящий удар, настоящий порыв, настоящая буря.

— Я! — крикнул он.

Он атаковал с такой яростью, что Валет Пик впервые начал отступать. Один удар, второй, третий — быстрые, сильные, смелые. Туз Червей бил не расчётом, а сердцем, и в этот раз сердце оказалось страшным оружием.

— Бубен! — крикнул Туз Пик.

Тот понял мгновенно.

Пока Туз Червей теснил Валета Пик лоб в лоб, Туз Бубен ушёл вбок, скользнул по тени, обошёл сзади и ударил в нужную секунду.

Валет Пик успел заметить опасность, но поздно.

Туз Червей нанёс главный удар спереди.

Туз Бубен — с боку.

И Валет Пик, лучший боец Пиковой Дамы, закружился, потерял опору и рухнул на поле.

Рубашкой вверх.

Сверху, на площадке Башни Угла, Пиковая Дама больше не улыбалась.

Впервые в её лице мелькнуло нечто похожее на холодную злость.

— Жалкий дурак, — произнесла она, глядя на поверженного Валета.

— Теперь твоя очередь, — крикнул ей Туз Червей.

Но Пиковая Дама не двинулась.

Она подняла руку — и из верхних проходов показались новые силы. Шестёрки, семёрки, восьмёрки, девятки пик. Их было много. Слишком много даже для трёх тузов.

— Нет, — сказала она. — Сегодня вы заберёте только то, что сумели вырвать. Но не больше.

— Тогда нам хватит и этого, — ответил Туз Пик.

Он уже стоял у входа в нижний плен.

— Валет! — крикнул Туз Бубен. — Держись!

— А я что делаю? — отозвался Червовый Валет.

Изнутри донёсся удар.

Потом ещё один.

Потом целая волна шелеста.

Пленённые карты сами навалились на внутренний заслон. Осмелевшие после боя, услышав падение Валета Пик, они рванулись из тесноты наружу.

Туз Червей ударил по запору снаружи.

Туз Пик — снизу. Туз Бубен — сбоку.

Сухой хруст.

И проход раскрылся.

Из нижнего плена хлынули карты.

Сначала черви и бубны. Потом трефы. Потом даже несколько пик, которые больше не захотели служить своей даме.

Среди них был Червовый Валет.

Помятый, усталый, но живой.

Он вырвался вперёд и тут же замер, увидев лежащего Туза Треф.

Его лицо стало серьёзным.

— Он?..

— Пока вне игры, — глухо сказал Туз Червей. — Но мы его заберём.

Червовый Валет кивнул.

Ни шутки. Ни улыбки.

Только кивок.

— Тогда уходим вместе, — сказал он.

Сверху уже двигались новые отряды Пиковой Дамы.

Башня Угла больше не была целью — она превращалась в ловушку.

Туз Пик быстро оценил путь отступления.

— Бубен, веди освобождённых вдоль книги. Червей — прикрой левый проход. Валет, бери Туза Треф. Я задержу их.

— Один? — резко спросил Туз Червей.

— Несколько секунд, не больше.

— Мы не оставим тебя!

— Оставите, если хотите выйти.

Пиковая Дама уже начала спускаться с башни.

Медленно. Уверенно. Как будто знала: её ещё не победили.

— Бегите, — сказала она почти ласково. — Бегите, пока можете. Это не конец. Это только первая раздача.

Туз Пик не ответил.

Он стоял на проходе один, пока за его спиной освобождённые карты поднимали Туза Треф и уводили пленников в сторону границы.

Потом развернулся и ударил в первую набежавшую Восьмёрку Пик.

За ней упала Семёрка. Потом ещё одна.

Туз Червей не выдержал и вернулся. Рядом с ним снова встал Туз Бубен. Червовый Валет, несмотря на усталость, тоже не ушёл далеко.

И вместе, плечом к плечу, они начали отступать, отбиваясь шаг за шагом.

Над башней гремел шелест битвы. Освобождённые карты уходили в тень. Пиковая Дама спускалась всё ниже. А Туз Треф, лежавший рубашкой вверх на руках товарищей, молчал, будто сам стол затаил дыхание в ожидании: вернётся ли он ещё в игру.

Когда беглецы наконец достигли Чёрной Границы, за их спинами всё ещё слышался холодный голос Пиковой Дамы:

— Я дозволила вам выиграть ход, тузы. Но не войну.

Туз Червей обернулся.

— Война только началась!

И впервые многие освобождённые карты ответили ему громким шелестом согласия.

Они больше не были просто пленниками.

Они снова становились колодой.

Но цена этой победы была тяжёлой.

Один из четырёх мушкетёров лежал рубашкой вверх. Пиковая Дама осталась на своей башне. А впереди ждали новые битвы, новые потери и новая надежда.

Потому что иногда, чтобы вернуть целый мир, мало выиграть бой.

Нужно ещё суметь поднять тех, кто уже выбыл из игры.